Несмотря на отсутствие видимых результатов встречи лидеров США и Китая, состоявшейся на прошлой неделе, саммит двух сверхдержав в части «иранского вопроса» вряд ли стоит считать провальным. Как и предполагал ранее «Ридус», несмотря на явную заинтересованность Китая в Иране, как в союзнике или сателлите, Пекин не смог не призвать Тегеран к открытию Ормузского пролива. Тем самым Си де-факто обозначил своё отношение ко всему происходящему в регионе. Оно сводится к тому, что Иран может сколь угодно пользоваться расположением Китая, но блокировать пролив, парализуя тем самым глобальный рынок нефти, ему не позволено. Таким образом, китайский лидер фактически поддержал позицию Трампа в затянувшемся противостоянии на Ближнем Востоке.
Совпадение интересов
Китай призвал к скорейшему открытию Ормузского пролива, и эту цель он разделяет с США, хотя и после визита Трампа в Пекин не наблюдалось никаких признаков прорыва в достижения этой цели.
Министр иностранных дел Китая Ван И заявил в пятницу, что пролив следует как можно скорее открыть для судоходства. Заявление прозвучало на фоне попыток двух крупнейших экономик мира подчеркнуть точки соприкосновения по ближневосточному конфликту, несмотря на то, что они, по сути, придерживаются противоположенных взглядов по сути самой конфронтации.
В Пекине Трамп заявил, что он и Си Цзиньпин разделяют общие цели в урегулировании конфликта, а именно, а именно то, что Ормузский пролив должен быть вновь открыт, а Иран не должен обладать ядерным оружием. Китай, как и США, был участником соглашения 2015 года о сокращении иранской атомной программы, от которого Трамп отказался во время своего первого срока.
Фактическая поддержка Китаем позиции Трампа по Ормузу, базируется не явно на пустом месте и стремлении к миру во всем мире. На обратном пути из Китая Трамп сообщил журналистам, что разговаривал с Си Цзиньпином о возможной отмене санкций в отношении китайских нефтяных компаний, закупающих иранскую нефть. Министерство финансов в последние недели ужесточило эти санкции, поскольку США пытаются оказать давление на Тегеран в вопросе переговоров.
«Я приму решение в ближайшие несколько дней. Мы обсуждали это», — сказал Трамп на борту президентского самолёта, отвечая на вопрос, рассмотрит ли он возможность отмены санкций.
Призрак ноября
Тем не менее примирительные комментарии мало что сделали для облегчения многоуровневой задачи, стоящей перед Белым домом — как вновь открыть пролив, снизить мировые цены на энергоносители и урегулировать все более непопулярный конфликт, который вызвал крупнейший в истории сбой в поставках нефти в преддверии промежуточных выборов в ноябре.
Начавшееся ранее незначительное восстановление судоходства в проливе сошло на нет, поскольку судовладельцы по-прежнему проявляют осторожность.
«Переговоры зашли в тупик, периодически вспыхивает насилие, а экономические издержки от длительного закрытия Ормузского пролива растут, — написала в пятницу в аналитической записке руководитель отдела обороны Bloomberg Economics Бекка Вассер. - Угрозы возобновления войны продолжают поступать, и статус-кво становится все более неустойчивым. Мы считаем, что возвращение к открытому конфликту весьма вероятно».
Тонкая игра
Судя по итогам встречи, президенту США удалось зафиксировать позицию, при которой Си отвергает главный аргумент Ирана — блокирование Ормузского пролива. Трамп не стал прямо просить Си Цзиньпина оказать давление на Иран для облегчения движения судов через пролив, но предсказал, что китайский лидер это сделает. Отвечая на вопрос о перспективах соглашения с Ираном, Трамп заявил в интервью Fox News: «Мы имеем дело с людьми, которые, как мне кажется, правы, но они боятся заключить сделку. Они не знают, как это сделать. Они никогда раньше не оказывались в подобной ситуации».
Иран, в свою очередь, мало заинтересован в ослаблении контроля над этим важнейшим водным путём, понимая, что со снятием блокады он лишается главного инструмента в своей игре. Лишившись его, он становится практически бессильным и во втором важнейшем вопросе — разработке собственной ядерной программы. Официальное появление у Тегерана ядерного оружия меняет всю политическую конфигурацию в регионе, а также делает нынешний иранский режим фактически несменяемым по «северокорейскому образцу».
Поскольку контроль над Ормузским проливом является главным аргументом Ирана в переговорах по не менее важной ядерной тематике, Тегеран вряд ли последует увещеваниям Вашингтона, а возможно даже и Пекина. Он по-прежнему настаивает на сохранении контроля после войны, в подтверждение чего иранские силы атаковали два торговых судна, вышедших из Ормузского пролива под защитой США.
Решения нет
Единственной реальной перспективой краткосрочного соглашения сейчас, по всей видимости, является отсрочка переговоров по поводу запасов высокообогащенного урана в Тегеране, при этом обе стороны предлагают решить этот вопрос позже — несмотря на то, что Трамп назвал ядерную программу Ирана главным оправданием войны.
Как заявил министр иностранных дел Ирана Аббас Арагчи на пресс-конференции в Индии в пятницу, Тегеран «пришел к соглашению с американцами» отложить обсуждение этого вопроса до более поздних этапов переговоров, назвав его «очень сложным».
США явно не близок подобный «ход мыслей» в связи с чем, Трамп заявил на борту президентского самолёта, что готов направить американские войска для вывоза иранского урана «в подходящее время».
